26.08.2009 13:08
Звезды
Анастасия Мельникова
Одна из самых ярких актрис театра и кино, но прежде всего мама очаровательной Машеньки, седьмой день рождения которой недавно отпраздновали на даче родителей звезды, рассказала OK! о своем белокуром сокровище, счастье материнства и собственном детстве
Фотография: Андрей Федечко
Это ваша семейная традиция?
В нашей семье дни рождения праздновались, но, безусловно, не в таком масштабе. Наверное, просто потому, что было другое время. То, что у Маши есть белый рояль и белый пони, — это мой детский эгоизм, две мечты, которые не осуществились. Когда в детстве мы захотели белого пони, мой папа его нашел, договорился, что он будет жить в цирке, а гулять мы с ним будем по Марсову полю вместе с нашим черным ньюфаундлендом. Но папа был заведующим огромной клиникой, главным онкологом города. Его вызвали в соответствующие инстанции и поставили перед выбором: либо партбилет на стол, либо пони. Поскольку мы были правильно воспитанными детьми, у нас даже вопроса не возникло по этому поводу. Мы точно знали: если бы только папочка мог, этот пони был бы у нас.
[0] Стараетесь быть на уровне, заданном вашими родителями?
Меня спрашивают: «Когда ты остановишься?» Никогда. Потому что мой ребенок должен начать с определенного уровня. Я абсолютно убеждена, что если детеныш начнет не с той ступенечки, с которой начала я, а прыгнет через нее, то он пойдет еще дальше. Когда маму с папой спрашивали, почему они нас так балуют, они отвечали: «Мы не знаем, как у них сложится жизнь. Мы хотим, чтобы у них было такое детство, чтобы, если случится беда, они закрывали глазки и вспоминали…» Я прочитала большое количество книг перед рождением Маши, смотрела фильмы, слушала советы, но, когда она родилась, растерялась и сказала: «Мамочка, а что делать?» Мама произнесла гениальную в своей простоте фразу: «Ты люби ее, а сердце само подскажет».
И вы тоже балуете Машеньку…
Когда родилась Маняша, я поняла, что та жизнь, которая была до ее рождения, это вообще была не жизнь. Она началась в ту секунду, когда родилось это сокровище. Когда я повезла ее в Диснейленд, ей было два с половиной года. Мне говорили: «Зачем ты ее повезла, она же ничего не запомнит, никогда не будет тебе благодарна». А я думала, что мне совершенно все равно, будет она мне благодарна или нет. В ту секунду я видела лицо совершенно ошалевшего ребенка, который увидел замок Золушки в натуральную величину. Тогда она поняла, что все, что я ей рассказывала, — это правда и в этом замке есть жизнь…
Но за пределами замка жизнь не всегда счастливая…
Жизнь сама по себе счастье. Все праздники — это для того, чтобы Машка знала, что мама живет на свете только ради нее. Что она — это самое большое, единственное счастье всей моей жизни. У ребенка должно быть ощущение, что жизнь — это дар, сказка. Я слышала такие вещи: «Конечно, она обеспечена, деньги девать некуда, вот она и кидается на эти праздники». Дай бог, чтобы люди не знали, каких трудов это стоит.
А вы умеете тратить деньги?
Я трачу их с удовольствием. Сначала потрачу, потом отработаю. У меня так не бывает, чтобы деньги лежали стопочкой, по той причине, что хочу потратить их на огромное количество разных вещей: хочу доделать квартиру, мансарду, мечтаю построить свой дом, хотя обожаю родительскую дачу. Машка мечтает о белом замке на берегу моря, чтобы открывать глазки и смотреть на волны. Я очень упорная девочка и убеждена, что в конце концов все это осуществлю. Я, кстати, умею анализировать и свои просчеты при проведении праздников: я была слишком занята организацией, и в день рождения два или три часа ребенок был предоставлен самому себе. А это ошибка! В день рождения ребенка нельзя оставлять одного ни на секунду. Он должен с той секунды, как проснется, постоянно чувствовать внимание. Всю жизнь мы учимся любить друг друга.
Кто придумывает тематику семейных праздников?
Начиная с четырех лет — сама Маша. На новогодние праздники она попросила «Щелкунчика», сейчас — «Золушку». На ее крестины я делала «Спящую красавицу». Мы принесли в Юсуповский дворец, где сейчас расположен Дом актера, плетеную колыбельку, украшенную бабушкиным старинным кружевом, поставили ее в центр. Звучала музыка из «Спящей красавицы», приходили мамины подруги. Ассоциация у меня одна: добрые феи приходят посмотреть на крошку. Самое смешное, что одна из них оказалась феей Карабос. Она подошла, что-то сказала, и все это исполнилось.
И вы все-все делаете сами?
На днях рождения у нас никогда нет покупной еды, нет купленных платьев. Я очень благодарна художницам по костюмам сериала «Литейный, 4», где я сейчас работаю. С какой нежностью они искали кружева, смотрели исторические книги, прикалывали то и это! Машенька захотела бал — мы купили веера. Когда я взяла один в руки, то отчетливо поняла, что это совершенно не бальный веер. Купила кружева, ленты и каждый доделала, а их было тридцать пять штук! Две ночи я клеила портупеи для мальчиков, потому что я не нашла тридцать пять одинаковых шпаг с ножнами.
А угощение для гостей?
Третью ночь я пекла, поскольку все пироги — домашние: три пирога с мясом, три — с капустой, с яблоками, а еще ватрушки, судак «орли», оливье — все это готовила лично я. За грузинскую кухню отвечала моя родственница, которая помогает мне растить Машу. Шашлык делал наш строитель-узбек.
Самый запомнившийся Маше подарок?
«Золушка». Ее не перебьет ничто. На этот день рождения я подарила ей карету. Я ее пытала месяца за три до праздника, придумала целую историю о том, что надо написать крестной маме свои желания, чтобы она во сне всем гостям подсказала, что именно хочет именинница. Маша написала письмо, мы опустили его в почтовый ящик. Как только она ушла, я выцарапала его оттуда и узнала наконец, о чем мечтает мой ребенок. Кстати, практически всегда дарят два одинаковых подарка — Саше (племяннице Анастасии. — Прим. ОК!) и Маше. Маня хотела профессиональный мольберт, Сашин крестный, Алексей Герман, и Машина крестная, его жена Светлана Кармалита, вручили им по мольберту. Художницы по костюмам купили профессиональные кисти и краски. Теперь эти крошки выходят на пленэр со своими собственными мольбертами. Мне все это безумно нравится, это такая красивая история.
Анна Абакумова